RU
Что будем искать?
  • Елизавета Сурначёва*
    Елизавета Сурначёва*
  • Даниил Беловодьев
    Даниил Беловодьев
  • Валерия Егошина
    Валерия Егошина
  • Кира Толстякова
    Кира Толстякова
Елизавета Сурначёва*
Даниил Беловодьев
Интервью

Уловка «Редут». Как ГРУ создало фантомную ЧВК для вербовки тысяч россиян на войну в Украине

Читать материал - победитель

Елизавета Сурначева:

Можно сказать, что история про «Редут» валялась под ногами. Во-первых, в буквальном смысле: осенью 2022 года наши коллеги из украинского проекта «Схемы» поехали на деоккупированные части Харьковской области и нашли грязные документы, брошенные российскими военными на позициях. На грязных бумагах где-то между перечислением личного состава и письменных заявок на отпуск было это странное слово «Редут» и аббревиатура «ГРУ». Это не могло не заинтриговать.

Во-вторых, в переносном: когда мы начали интересоваться «Редутом», оказалось, что десятки тысяч людей в России – воюющие, пишущие про войну или отправляющие на войну своих родственников – знают про существование некоего «Редута», знают, что он как-то «связан с Минобороны», но так же как и мы отчаянно пытаются понять, что же это за зверь такой и как он устроен. Нам понадобилось несколько месяцев работы, часы интервью с заключенными наемниками, которые брали наши коллеги в Украине, поездки на линию фронта, десятки интервью с родственниками и рекрутерами наемнических формирований и недели изучения документов, чтобы раскрыть и описать систему вербовки россиян на войну под руководством ГРУ.

Уже сейчас, спустя недели после выхода материала и месяцы после описываемых событий, можно сказать, что эта работа позволила узнать многое об устройстве российских сил, принимающих участие во вторжении в Украину. 

Мы рассказали не просто про людей, которые идут убивать других людей в Украине совершенно добровольно, из идеологических соображений и за деньги. Мы рассказали о схеме, которая позволяет российским властям избегать второй волны мообилизации и откладывать этот неприятный для Путина процесс до последнего. Когда Путин или Шойгу говорят, что они набрали сотни тысяч «добровольцев», чаще всего они говорят именно о таких людях – воюющих в составе псевдо-»ЧВК».

Таких людей со стороны России воюют десятки тысяч, но до сих пор нет точного слова, которое бы их описывало. В языке российской пропаганды это «добровольцы», как будто бы в душевном порыве люди бескорыстно идут воевать за страну. Мы называем их «наёмники», но с точки зрения международного права они не совсем наёмники — они воюют в составе вооруженных сил своей страны (если не считать иностранных граждан, которые присоединяются к этим формированиям), которая является официальным участником конфликта. Но с точки зрения персональной ответственности они, конечно, еще большие преступники, чем контрактные военнослужащие или мобилизованные: их не тащили воевать насильно, им не грозит тюрьма за дезертирство или невыполнение приказа. Если очень просто – это буквально люди, которым на неясных правовых основаниях выдали оружие, дали денег и отправили убивать, и их это вполне устраивает.

Даниил Беловодьев

В 2014 году Россия начала гибридную войну в Украине, и тогда использование российской армией парамилитарных формирований — «добровольцев», «вагнеровцев», в общем —«ихтамнетов», было понятно с политической точки зрения. Российская власть пыталась создать симулякр сугубо гражданской войны на Востоке Украины, маскируя свое участие в конфликте. 

Прошло восемь лет «гибридной» войны, в феврале 2022 года началась война полномасштабная. По ходу конфликта выяснилось, что российская армия использует не только регулярные войска, но и бойцов частных военных компаний: «Вагнер» и «Редут». И если про ЧВК «Вагнер» уже многое было известно, то про «Редут» — практически ничего. Откуда он взялся, кто воюет в его составе, кто им управляет, откуда берутся деньги у этой «компании»? И, наконец, зачем российской власти вновь понадобились «серые» формирования на, повторюсь, уже не «гибридной», а полномасштабной войне? На эти вопросы мы, расследовательские проекты RFE/RL (русскоязычная «Система» и украинскиие «Схемы»), и хотели получить ответы, когда взялись совместно «копать» по теме.

Огромный массив документов «Схемы» заполучили прямо на поле боя, буквально из окопов — на позициях, которые оставили бойцы элитного отряда ЧВК «Редут» с названием «Волки». Содержание этих бумаг позволило вывести гипотезу — управлением и финансированием якобы частной военной компании занимается Главное разведуправление, ГРУ. Последовал долгий процесс «раскопок»: изучение соцсетей бойцов, утечек данных, видеороликов как с телефонов наемников, так и из открытых источников. Разговоры с «редутовцами» и их родственниками, скрейпинг данных, изучение биллингов — мы постарались использовать максимально возможный инструментарий.

Коллективная работа журналистов-расследователей из двух стран участников конфликта позволила нам довольно глубоко погрузиться в мир наемников «Редута»: узнать, как и чем они живут, что они думают о войне, чего боятся, какова их мотивация. Журналисты «Системы» поговорили с десятком вербовщиков «компании» под легендой россиянина, желающего уйти воевать с «Редутом», а «Схемы» смогли поговорить с пленными наемниками и изучить содержание их телефонов. О методиках, которые мы использовали, чтобы получить максимально полную картину, действительно можно говорить долго.

Выпускать такие объемные, скрупулезные расследования, с большим массивом публикуемых документов и прямой речью самих наемников — важно. Общество имеет право знать правду об армии и о войне, о методах ведения этой преступной войны. Понимать психологию и мотивацию своего условного соседа по дому или попутчика в транспорте, который уже ушел или только собирается отправиться на войну в составе так называемой «ЧВК».

Хочу искренне поблагодарить и отметить всех, кто участвовал в этом проекте. Коллег из «Системы»: соавтора Елизавету Сурначеву, редакторов Андрея Сошникова и Валерия Панюшкина, программиста Кирилла Кругликова и ресечера Дмитрия Сухарева. Коллектив «Схем»: соавторов Валерию Егошину и Киру Толстякову, редакторов Наталью Седлецкую и Анну Петеримову, ресечера Ольгу Ивлеву. Редактора RFE/RL Карла Шрека, и дизайнеров проекта: Ивана Гуттермана и Войтека Гроеца.