RU
Что будем искать?
  • Алексей Семенов
    Алексей Семенов
Интервью

«Спасло то, что я живу открыто и пишу о своем статусе». Как россиян судят за угрозу заражения ВИЧ

Читать материал - победитель

Среди войны, смертей и репрессий сложно обращать внимание на то, что происходит с нами уже давно. В России эпидемия ВИЧ. Пока справиться с ней не получается, и вряд ли на фоне снижения расходов на медицину удастся в скором времени.

Но кое-что можно сделать. Например, считать людей с ВИЧ людьми, рассказывать о том, что они не одни, что они могут получить помощь и не наказывать их только за диагноз. А именно такая статья существует в российском уголовном кодексе.

Получивший ВИЧ приходит за помощью в Центр СПИД. Там ему, помимо таблеток, дают бумажку, что теперь он потенциальный преступник – и даже за «угрозу распространения» вируса полагается срок. Вряд ли в такое место, где вместо понимания и сочувствия получаешь допрос, захочется вернуться за новой пачкой таблеток, говорит эксперт из моего материала. А от своевременного приема терапии зависит здоровье не только самого человека с ВИЧ, но и всех нас.

Очевидно, что намеренное распространение вируса – преступление. Но чаще всего те, кто делает это, не стоят на учете у врачей, не подписывают никаких предупреждений — и не подлежат ответственности. Судят тех, кто подрался с соседом до крови — и поставил его в «угрозу заражения» вирусом. Тех, кто укусил полицейского — или забрызгал кровью тюремного врача. Такие люди, впрочем, часто не доживают до приговора.

Значительная часть осужденных за заражение ВИЧ совершили сексуализированное насилие – и понесли за это наказание. Но подсудимыми по введенной еще в советское время статье становятся и жертвы. Например, те, кто жалуется в полицию на изнасилование, и по мнению силовиков, пытается скрыть свое собственное преступление – «угрозу заражения».

Кстати, не меньше 14 человек вообще не совершили ничего, кроме постановки другого взрослого человека в «угрозу заражения». И стали, с точки зрения российского права, преступниками. 

Ни презерватив, ни своевременный прием таблеток, который делает человека незаразным, не способны застраховать человека от уголовного дела. Государство считает, что единственный способ избежать наказания – рассказать партнеру о диагнозе. Но как это делать? Достаточно ли просто сказать? Или нужно идти к врачу, к нотариусу, в МФЦ? 

Эксперты говорят, что хорошо бы каждому нести ответственность за свое здоровье. Но сексуальное образование и просвещение само по себе уже на грани нежелательности в России.

Международные организации давно призывают нашу страну декриминализовать ВИЧ. Но есть ли властям сейчас дело до каких-то международных организаций? Да и нам самим, кажется, сейчас нет никакого дела до 1% людей, изгнанных из общества в чумной барак.

Поэтому очень хорошо, что жюри «Редколлегии» обратило внимание на этот материал. Он прост в исполнении: да, соскрейпили приговоры, да, поговорили с экспертами, да, сделали инфографику. Ну, как сейчас умеют если не все российские журналисты, то многие. Но очень важен для того, чтобы повысить видимость проблем людей с ВИЧ. 

Мы в «Таких делах» всегда радуемся, когда из черной бездны, в которую мы смотрим уже два года, удается вытащить наружу то, что давно провалилось туда. И я очень благодарен своим коллегам, которые находят в себе силы и смысл этим заниматься.

Читайте и поддерживайте «Такие дела» – для нас это очень важно. А еще послушайте подкаст «Одни плюсы» журналистки Риты Логиновой – без нее про людей с ВИЧ давно бы все забыли.