RU
Что будем искать?
  • Мария Башмакова
    Мария Башмакова
Мария Башмакова
Интервью

Инакоборцы

Читать материал - победитель

«Некоторые мои визави оценивали меня: возраст, внешность. Это мешало и тяготило. Но сложилась впечатление, что «барышня в шапочке с цветочком» их удивила. И обманула ожидания. А они у моих собеседников были. Зря», – рассказывает Мария Башмакова про своё общение с героями публикации.

Текст готовился примерно две недели. Все герои в тексте фигурируют под своими именами: «Я бы сказала, откликнулись с энтузиазмом». Но работалось тяжёло. Собеседники всё время сканировали журналиста: «своя»? «чужая?». «Увы, некоторым людям сложно понять, что не все готовы вступать в лагеря. Разделять людей на «своих» и «чужих» – опасное дело, дьявольское в прямом смысле слова. Я же выслушивала, расспрашивала, но в «лепшие кореши» не записывалась».

Собеседники в этой статье очень разные люди. У кого-то «православный активизм» – спекуляция и игра, кто-то искренен в своем «инакоборстве» и по-своему честен. «Я просто поднесла зеркало. Их слова – лучший портрет».

Мария Башмакова называет себя «внештатным журналистом со стажем»: писала для «Невского времени», а с 2014-го пишет для «Огонька» («Очень хотела туда попасть – попала»). Так же она автор в «Русском мире». Ей интересны люди, нравится находить героев. Её темы в «Огоньке» чаще связаны с социальными феноменами и закрытыми группами: мигранты-среднеазиаты (их дети, личная жизнь), семинаристы, староверы, православные активисты.

Тема про «инакоборцев» появилась так. В сентябре Мария нашла в соцсети объявление, призыв «бороться с темными силами». Речь шла о фильме «Матильда». Журналистка, по её словам, не сразу поняла, о чем речь: «кто с кем борется и почему православная женщина выбирает столь агрессивную риторику для борьбы». Когда разобралась, задумалась и написала пост в «Фейсбуке»: рассказала о петиции, удивлялась – фильма нет, но борьба с ним уже есть.

Потом уехала в Грузию. Туда ее пригласил монах, с которым она познакомились на Валааме (он фигурировал в одном из материалов, который писала Мария). И первое, что услышала от него: «Вы не любите священников!» Следующим был вопрос о национальности. Монах сделал неожиданный вывод о «нелюбви к священникам» (хотя у Марии в друзьях они есть) по посту о «Матильде».

Две недели Мария провела у прихожанки этого монаха, молодой женщины. Та с обожанием относилась к царской семье и тоже высказалась против фильма. «Поездка не задалась, но я крепко задумалась», – рассказывает журналистка.

Пока шёл отпуск, православные активисты облили мочой снимки Стёрджеса в Москве. «Матильда», моча, борьба. Что происходит? Редактор поручил разобраться, кто такие православные активисты. И я это сделала».
Когда статья вышла, Мария была готова к разному. Так и вышло: упреки, угрозы, грязные оскорбления. Кто-то выражал эмоции более сдержанно, полагая, что за журналистом «кто-то стоит», а она сама «обманула доверие» и «хулит Церковь». «Это был очень сложный текст — прежде всего морально».