RU
Что будем искать?
Интервью

«А тела оставьте себе». История восьми приятелей, которых сначала похитили в Дагестане, а затем расстреляли и сожгли в Чечне

Читать материал - победитель

Летом и осенью 2016 года в Дагестане начали один за другим пропадать молодые люди, в Махачкале, Хасавюрте, Каспийске. Заговорили о новой волне похищений местных жителей силовиками. Я следила за этими новостями в дагестанских СМИ, о чём-то писала сама, знала, что родственники похищенных выходят на митинги, что нескольких парней, пропавших в Махачкале и Каспийске, объявили боевиками, убитыми в совершенно других районах Дагестана. Слышала и о перестрелке в Чечне, но в этом случае одно с другим не сложила: либо было мало информации, либо я её упустила. И в принципе такая совместная работа дагестанских и чеченских силовиков — случай нетипичный.

Летом прошлого года главред «Медиазоны» Сергей Смирнов предложил написать об этом деле. В июле я полетела в Дагестан, попросила помощи у моего друга — фотографа Ильяса, он тоже ездил в Хасавюрт и Каспийск и снимал для текста. Мы смогли встретиться с родственниками семи похищенных. Мать восьмого, Клычева, скончалась незадолго до моего приезда, родных, с которыми можно было бы поговорить, фактически не осталось, поэтому о нём я узнавала от родителей других пропавших.

В основном родственники были открыты к разговору, готовы все рассказать. За их дело взялась «Агора», мне кажется, это их как-то приободрило. Но в тексте я упоминаю позицию отца одного из похищенных, Шамиля из Каспийска, он был довольно пессимистично настроен, всё время повторял «ничего не будет», говорил, что ничего не изменят ни миллион адвокатов, ни я, ни Владимир Владимирович. И мне, по правде, нечего было ему возразить. Я уже около десяти лет пишу о подобных случаях на Кавказе — похищениях, внесудебных казнях, пытках, судах по сфабрикованным делам — и могу вспомнить только один случай, когда объявленных боевиками людей позже признали не причастными к подполью. Это братья Гасангусеновы.

Что было тяжело или скорее непривычно: во время разговора всё время держать в голове, что родители не верят в гибель детей, несмотря на подтверждающие это ДНК-экспертизы, приходилось себя одергивать.

Что пугало: заинтересованность чеченской стороны в этом деле, не верю, что её не было. Не берусь гадать, были ли им нужны любые парни, видела такую версию в отзывах к тексту, или конкретные ребята, но, по мне, инициаторами всего этого были чеченские силовики. Дагестан — моя родная республика и любое ухудшение и без того отвратительной ситуации с произволом силовиков мне не нравится.

Что уже не удивляло, но, наверно, немного злило: многие люди на Кавказе, где такое беззаконие совсем не ново, до сих пор верят в какую-то мифическую хорошую полицию и понимают, что её не существуют только после того, как сами столкнутся с несправедливостью.

Дело не закончено. Вероятно, в Чечне будет суд над убитыми. По всей видимости, будет жалоба в ЕСПЧ. Так что поддерживайте «Медиазону», чтобы об этом было кому писать.