Ксения Леонова, Николай Кононов (редактор), Владимир Шопотов (художник): «Архипелаг ФСИН. Как устроена экономика тюремной системы России»

Лауреат за Февраль 2017 «Архипелаг ФСИН. Как устроена экономика тюремной системы России» Секрет фирмы, Москва

Ксения Леонова: «Однажды мне рассказали о заброшенном концентрационном лагере между Боснией и Хорватией. В этом лагере усташи, хорватские фашисты, убивали сербов. Я приехала в сербскую часть Боснии, где в каждой семье должны были быть погибшие, стала ходить по улицам и спрашивать, где тут лагерь. Но никто не мог мне показать его, большинство даже не знало о его существовании. Почему? Потому что после войны, когда строилась единая Югославия, об этой странице истории предпочли забыть. Не выучили урок, не признали ошибки, и дорожки в лагере, который я всё-таки нашла, оказались заросшими мхом. И вот, в 1995 году история повторилась – уже сербы убивали боснийцев и хорватов. Потому что история так и будет повторяться, пока её не выучишь и не признаешь.

Я вернулась в Москву и стала спрашивать незнакомых людей на улицах, кем были их прадеды и прапрадеды. Из тридцати опрошенных ответить на вопрос смогли двое. У обоих предки сидели, оба при этом были сталинистами. В стране, где в каждой семье должны быть сидевшие или охранявшие, тема ГУЛАГа и ФСИНа табуирована. И мне немножко страшно – ведь история, пока её не выучишь, имеет свойство повторяться. Это очень видно на примере сотрудницы ФСИНа из Буреполома, которая не признаёт описанное Солженицыным за правду и считает, что заключённых можно избивать. Спасибо за эту премию, которая привлекает внимание к табуированной теме».

Николай Кононов: «В России нет большой разницы между тюремной реальностью и так называемой волей – граждане репрессируют друг друга в транспорте, школах, больницах, дома, их в свою очередь репрессирует полиция, и так далее. Всё это растёт из травмы советского террора, которая никуда не денется, если не начать её лечить, предварительно признав, что случилась русская Шоа, катастрофа. А ГУЛАГ был именно катастрофой: через лагеря прошло около 25 млн человек, из них 1,6 млн умерли за колючей проволокой.

Мы решили разобраться, как изменилась тюремная система со сталинских времён и как устроена экономика ФСИН сейчас. Ведь опухоль лагерей расползалась по стране согласно экономическим резонам и даже когда примешивались политические мотивы, всё равно заключённые воспринимались в первую очередь как бесплатная и бесправная рабочая сила.

Если в прошлый раз мы получили приз за эксперименты с narrative journalism, то теперь мы провели старое доброе расследование – с полевой и архивной работой, анализом данных. Пока мы писали и редактировали текст, в Лондоне художник Владимир Шопотов изучал лагерное искусство лепки фигурок из хлеба и жевал семь железных буханок – в буквальном смысле, определял, какой хлеб крепче, пластичнее – и изготовил несколько персонажей для этой истории. Спасибо, что вы сделали премию, которую не стыдно получать».