Олеся Шмагун: «Адвокат Павлов, «товарищ и партнер»»

Лауреат за Апрель 2017 «Адвокат Павлов, «товарищ и партнер»» Новая газета

«Это текст очень сложной судьбы, в него много вложено сил и времени, поэтому особенно приятно получить за него премию. Мы начали работать над ним почти год назад – разбирали архив личной почты, которая принадлежит адвокату Андрею Павлову.

Этот человек входит в так называемый «список
Магнитского». Конечно, копаться в чужой переписке – дело не самое приятное. Но это тот случай, когда фактура, которую мы там нашли, как мне кажется, оправдывает некое вмешательство в чужую жизнь. Взятки, неформальные связи между следователями, судьями и «решалами» почти невозможно отследить по открытым источникам.

Павлов пытался запретить выход материала через суд, это был очень интересный опыт. Дело слушала та же судья Галина Грабовская, которая буквально за месяц до начала нашего процесса рассматривала иск Игоря Сечина к «Новой» по поводу яхты его жены. Судья уже хорошо знает Рому Анина, моего редактора, который выступал соответчиком по иску Павлова.

Впрочем, как говорили наши адвокаты, наш процесс отличался от других. Возможно, потому что Павлов не имеет административного ресурса в этом суде. Судья задавала миллион вопросов, пыталась разобраться, что происходит. И
вынесла в итоге решение в нашу пользу. Так что мы теперь можем с иронией говорить, что опубликовали статью с разрешения того самого Басманного суда.

Некоторые детали из переписки, мне кажется, поразили саму судью Грабовскую. Например, мы показывали ей, как там довольно откровенно обсуждаются взятки в сотни тысяч долларов судьям арбитражных судов, судью называют «предсоска» (председатель состава суда). Она прочитала
это, повернулась к адвокату и грозно так спросила: «Вы вот это хотите запретить печатать?».

Дело Магнитского стало каким-то роковым для России. В общем-то, это рядовая уголовная история, но она показывает, что государственная машина будет защищать близких себе преступников до последнего, не отступится ни перед чем. Может для этого даже взять детей в заложники.

Хочу напомнить, что «закон подлецов», который запрещает американцам усыновлять
российских сирот, до сих пор действует. Интересно, что Павлов, которого мы считаем таким «мозговым центром» дела Магнитского отзывался об этом законе коротко «мочить детей» – судя по всему даже он был против его принятия. А 420 депутатов проголосовали «за».

Конечно, Павлов – не главный бенефициар всей этой истории, известной под названием «дело Магнитского». Когда мы встречались в суде, он не раз нам говорил, что он всего лишь адвокат и писать надо не о нем, а о тех, кто заказывает его услуги. Андрей Алексеевич, конечно, несколько преуменьшает свою роль. Он не простой адвокат, ну а мы, конечно, будем искать дальше и выше».